“Добро делать спешить должно!” А.В. Суворов
«Быть воином - жить Вечно. Памяти Героев»
02.08.2023


В.Саулкин: Сегодняшнюю передачу мы посвящаем всем нашим героям, тем, кто ушел в Жизнь Вечную, защищая Родину, нас с вами. Мы пригласили Тамару Гавриловну, мать героя, воина Даниила, кавалера трёх орденов Мужества, медали «За отвагу». Его многие знали по позывному Карлссон. Скажу два слова о нём и передам слово Тамаре Гавриловне.
Учился Даниил в престижном московском вузе,  был любимцем  всех многочисленных друзей. На отпевании в храме Вознесения Господня на Серпуховской было такое количество молодежи, юношей и девушек! Видно, что пришли проститься с дорогим для них человеком. Постоянно звучала молитва о брате нашем воине Данииле. В отпевании участвовали пять священников.
Нередко можно слышать, что Москва испорчена, столько здесь золотой молодежи. Даня мог стать одним из таких же представителей золотой молодежи, но он добровольцем пошел на войну, дослужился от рядового до офицерского звания, стал замечательным командиром.

Тамара:  Добрый вечер! Директор нашей прогимназии, которую сейчас, к сожалению большому, уже закрыли, Татьяна Валентиновна, искренне относилась к моему сыну, пришла проститься и сказала замечательные слова.

Звучит голос Татьяны Валентиновны:

«Даня был лицом школы «Пересвет». У нас был такой рекламный баннер, где Даня был в рубашке и в черной бабочке. Самый удивительный и красивый ребенок. Мы посвящали своих детей в пересветовцы. Они на мощах святых воинов клялись в первом классе. Недавно перечитывали кодекс пересветовцев. Один пункт был таким: клянусь любить свое отечество, готовиться защищать его до последней капли крови. Эту клятву Даня дал в первом классе. Нам тогда не могло и присниться, что нашим мальчишкам, повзрослевшим, придется буквально защищать свою родину. В нашей программе было тенденциозно написано, что мы хотим воспитывать элиту общества. Это получилось. Данина судьба – воплощение наших больших стремлений и задач. Это элита нашего общества. Он вечный наш молитвенник, защитник самой большой пересветовской семьи. Низкий поклон Тамаре Гавриловне и Александру Ильичу. Даня всегда останется вашим защитником и покровителем. Вечная светлая память».

В.Саулкин:  Всего словами не передашь, не расскажешь в одной передаче. Стоит посмотреть ролики, которые делал Даниил, где с такой любовью рассказывал о товарищах. Даня обладал каким-то светлым, пасхальным духом. Перед нами на столе стоит фотография отца Дмитрия Смирнова. Представляю, как отец Дмитрий, со свойственной ему интонацией,   сказал бы сейчас: "Да всё просто: Даня – святой".

Тамара:  У меня пятеро сыновей. Когда рождался очередной сынок, я понимала, что кем бы они ни стали в будущем по профессии, важно, чтобы они сформировались как личности. Одно из обязательных условий – он должен быть защитником близких и родины. Поэтому сыновья всегда с маленького возраста занимались самбо профессионально. Я их готовила к службе в армии. Думала, что институт это хорошо, но нужно быть готовым к трудностям физическим и моральным. Они росли на определённых книгах, фильмах.
Помню, Данина любимая книга «Чудеса на дорогах войны». Он с трепетом всегда относился к военной тематике. Пересматривал он всё это и принимал так близко к сердцу. Когда Даня был маленьким, услышал песню группы Любэ «Давай за нас». И он был в полном восторге. Нарядился, смастерил кобуру, кувыркался. Сказал, мама, я буду "десатиком". Когда началась СВО, я поняла, что он готовится уходить. Я морально была готова, но тревожилась, как любая мама, тем более, что один сын у нас там уже находился. Каждый день мы молились всей семьей. Это было бесконечно волнительно.
Состояние материнского сердца, которое ждет сына с войны, сложно передать. Данечка молился за своего старшего брата, а в какой-то момент сказал, что хочет пойти в качестве волонтёра. Он гибкий был такой и осторожный. Не стал меня сразу огорошивать. И он пошел, оказывал первую помощь. Случился взрыв, завалило молодого человека, Дане пришлось за минуту сделать разрез горла и вставить трубочку и сделать трахеотомию. Помолился и сделал. Парень выжил. Какое счастье было для Дани!
Потом пришли к нам бывалые люди в возрасте, офицеры, сказали, что умеют всё, но обращаться с коптерами – нет. Даня вызвался, потому что немножко мог, конечно. Вызвался и … призвался. Он так радовался каждый раз, что удавалось сделать доброе, что он не просто так туда пришел. Второй раз случилась такая история. Вэсэушники издевались над людьми, отбирали еду, отбирали телефоны. И они не могли связаться с дочерью. И Даня куда-то залез, поймал связь и дозвонился дочери. Можете себе представить, какое счастье!? Даня любил радовать, всех накормить, одеть, одарить. Он отвез в итоге стариков их дочери.
А третье чудо, они проезжали мимо поселка в Луганской области. Услышали детские крики. Вышли, обнаружили, что ВСУ, отступая, согнали детей из поселка, всех! в этот подвал и заминировали. Жители пытались достать детей и подрывались. Достать их никто не мог. С Даней были опытные офицеры Царствие небесное, воину Иванычу, Михаилу. И был еще второй Михаил. Они Даню научили снимать сложные растяжки. Разминировали подвал. Первая фотография была с девочкой на руках. Они достали детей! И Даня понимал, что туда он пришел не зря.

В.Саулкин:   Даниил бывал в очень  тяжелых и сложных  ситуациях, они участвовали в тяжелейших боях и поставленные задачи решали успешно. Сообщество «Добровольцы» молилось, помогало, следило за всеми успехами бойцов, поминали погибших. Для многих из этого сообщества Даня стал родным. В его репортажах чувствовался тот удивительный, великий дух святого товарищества, о котором говорил Тарас Бульба у Николая Васильевича Гоголя. Давайте расскажем о некоторых людях, с кем рядом воевал Даниил. Меня потрясла история с бойцом Исламом.

Тамара:  Расскажу с удовольствием. Исламу я обязана жизнью сына. Наша группа очень часто выходила на задания со спецназом Ахмат, с чеченскими воинами, которые в огромном количестве погибли еще при штурме Мариуполя, в Красном лимане. Когда я слышу, что их называют вояками, то мне очень становится больно: это неправда, они мужественные, отважные бойцы, люди удивительной преданности и силы духа. Ислам – огромный богатырь, который одним видом внушает ужас, но при этом он очень добрый. Был случай, что подожгли расположение наших ребят, с четвертого этажа пришлось спускаться. Собачка разбудила. Даня вообще подбирал всегда собак, кошек, кормил, пристраивал к местным жителям. И вот очередную собачку они подобрали, и она их спасла, почувствовала запах гари, разбудила. Ислам спустился по веревке через окно, в тапочках, догнал эту дрг-группу, один всех повязал и притащил всех на допрос. Командир просил Ислама молчать на допросе, иначе сразу было понятно, что он добрейший человек. Но его грозного вида боялись и тут же все рассказывали.
И этот замечательный Ислам, мой сын, еще один командир, Царствие ему Небесное, Данечкин боевой брат Вадим лежали в госпитале. Командира Михаила с ними не было. А часть их группы попала в засаду. Дане пришло сообщение: командир прощался с ним. Как только они прочли сообщение, молча встали и вылезли в окно. Ислам уже сидел в машине. Они побежали на помощь. Раздобыли вертолет. Добрались. Вывели группу. Даню еще раз ранило. Ислам снял с себя броню, отдал более слабому бойцу, оставшись безо всего, в одной руке тащил моего сына, в другой руке у него был пулемет. Прикрывал группу, которая вся была спасена. Ислам получил ранение в грудь и шею. Не разговаривал, ослеп, оглох. Трепанация черепа. Ужасное состояние. А сейчас, когда погиб мой сын, я написала Исламу, а он ответил, что он уже на передовой, идёт в бой. После тяжелейших ранений! Не укладывается в сознание! Удивительные воины, готовые защищать до последней капли. Это не просто фигура речи, это дела.

В.Саулкин:  Какие люди ведут эту священную войну!  Именно священную войну с сатанинской темной силой.
Схиархимандрит Иона Игнатенко, старец  Успенского монастыря в Одессе говорил о том, что через два года после того, как он из земной жизни уйдет, будет война на Украине. Преставился ко Господу известный молитвенник и прозорливый старец в 2012 году. Говорил, что война будет священная, война против сатанистов, и православные с мусульманами будут вместе сражаться в этой войне с темной силой. Генерал Апти Аронович Алаудинов вообще называет эту операцию «дешайтанизацией»: ясно, с кем боремся…

Тамара:  Даня говорил, что они обязательно молятся, и мусульмане тоже. И пока идет молитва, они друга друга прикрывают. Наши заходят в храм молиться, мусульмане около храма постилают коврики и тоже молятся. Война священная. Апти Аронович удивительный человек. Милостью Божией мой Даня попал под его начало, в спецназ «Ахмат». В очередном бою, когда наша группа работала вместе с ахматовцами, Даня спас много чеченских бойцов, за что получил первый орден мужества. Апти Аронович Даню отметил. И дальше Даня служил в отряде под началом генерала Алаудинова. Он и сообщил о Дане.

В.Саулкин:  Слова генерала о Дане были такими. "Покойся с миром, дорогой младший брат, Даниил. Быть воином – жить Вечно. Спасибо родителям, вырастившим этого героя. Достойный сын русского народа. Даже зная одного такого русского человека, как Даниил, любой будет уважать народ, из которого он вышел. Соболезнования близким. Он был верен долгу и надежен во всем".

Тамара:  Слова эти для меня дороги. Я бесконечно благодарна ему, что он вырастил моего сына, как воина, многому научил. Он на фронт пришел мальчиком, ребенком. А незадолго до гибели Дани Апти Аронович замечал, как он вырос, возмужал, стал настоящим воином.

Генерал – удивительный человек. Даня сам говорил, что он для своих бойцов словно Суворов нашего времени. Он с бойцами всегда, на передовой всегда, он бесстрашен, поднимает солдат в бой. Солдат, который имеет идею, знает, за что воюет – другого качества боец. Апти Аронович всегда вёл за собой, а не просто отдавал приказания. Бойцы все с него брали пример. Даня говорил, что должен соответствовать, боялся не оправдать надежд. За три дня до гибели Даня сказал генералу, что будет с ним до конца. Он был предан командиру, любил его как отца. Апти Аронович – отец солдат, это так. Дай Бог ему много лет жизни, здоровья. Удивительно, как многому мы можем научиться у чеченского народа. Как они отнеслись к СВО, как дружно откликнулись, стройными рядами пошли защищать родину. Меня не меньше потрясло то, как матери провожают сыновей. Они говорят, только не испугайся, ты должен быть смелым. Наверное, наши матери тоже так напутствовали своих сыновей, но это как-то ушло. Надеюсь, это восстановится. Но у чеченцев это удивительно повсеместно и в силу того, что они бережно хранят свои традиции.

В.Саулкин:   Оказалось, что родители и братья Апти Ароновича тоже воевали еще в Первой чеченской, сражались с  международными террористами. Очень тяжелая была война на Кавказе.  Если бы мне во время той войны кто-то сказал, что чеченцы через некоторое время будут с такой преданностью и храбростью воевать за Россию, то мне трудно было бы поверить.

Тамара:  Невозможно, согласна, но сейчас многие стереотипы рушатся. Все удивительно, промыслительно и непостижимо на этой войне. Даня говорил, что там выдержать просто так нельзя, только с Богом. Верующие наши это понимают, и мусульмане это понимают. В условиях войны человек держится только за веру. Он понимает, что человек слаб, молится особо. Моя близкая подруга, матушка, тоже проводила сына на фронт. Она говорила, что ребята там долго были в окружении, около 3 недель. Ситуация – край. Когда пошла тяжелая техника, сын молился просто на крик. Господи, где же Ты, когда Ты так нужен? Вдруг он вспомнил, что в кармашке Евангелие, которое мама дала. Достал и раскрыл: «Господь уснул на корме, а ученики попали в бурю. Господи, погибаем. Ну что же вы так маловерны?».  И когда он дочитал, техника остановилась. Никто не знает, почему. Группа была спасена. Там бесконечные чудеса.
Я очень почитаю преподобного Гавриила Ургебадзе. Во мне тоже есть грузинская кровь, я наполовину грузинка. Я преподобному всегда молилась за Данечку. В прошлом году мы приехали в Дивеево на празднования   преподобного Серафима. После исповеди я попросила батюшку помолиться за сыновей, а он мне сказал, чтобы я обязательно подошла к иконам преподобного Серафима и, вдруг: «Преподобного Гавриила». Он же не знал о моем уважении и почитании его. Я конечно скорее помчалась, просила со слезами. Потом Даня написал, что как раз на память преподобного Серафима они попали в засаду и уже у них у всех были гранаты. Вот что такое война – люди каждый момент готовы себя взорвать. Выхода нет, они прощались друг с другом. Вдруг откуда ни возьмись появился незнакомый  боец: "Ребята, уходите, беру огонь на себя". И побежал в соседний окоп. И они вырвались!
Даня решил за ним вернуться, хоть тело забрать. И вернулся, дотащил кое-как, потому что сам ранен был, не помнил себя от боли. Он бежал по минному полю и вытащил этого человека, сбросил его в окоп наш и спросил, как того зовут. Ответ был удивительный – Гавриил.
Однажды они были в городе, где у местных не было воды. Никакой питьевой воды. Пили, что придется. А стояла жара невыносимая. Стали молиться святителю Николаю. Когда Даня уходил на фронт, я его иконочкой святителя благословила. Сказала ему молиться святителю, просить его о помощи. Так вот они помолились, встали с колен. Увидели огонек из леса. Днём. Пошли смотреть. Вышли к источнику, а на нём лежала икона святителя Николая, светилась. Две недели возили людям.
Чудеса эти происходили без конца.

В.Саулкин:   Мне пришлось отвечать одной женщине, которая скорбит о том, что погибают лучшие ребята, самые светлые, самые мужественные. Она задала вопрос: лучшие уходят, а кто же останется и что в таком случае будет со страной? Я ответил, что Господь судит о народе и его судьбе иначе. У Него так не бывает, что если лучшие ушли, то остались плохие и народ деградирует.  Напротив, когда уходит герой в Небесный полк святых земли Русской, его молитвами меняется к лучшему страна. Все же молились о Дане. Но Бог призвал,  потому что он должен занять место в строю Небесного полка. И его молитва об Отечестве, земных сродниках и друзьях, о нашем народе будет продолжаться.

Тамара:  Много узнаю сейчас о последних днях жизни Дани. Чувство такое, что он знал, что он погибнет. Апти Аронович сказал, что за три дня он позвал подчиненных и начал объяснять, что где лежит и чем как пользоваться. Всё рассказал. Тому, кто закупал для них необходимое, сказал купить 12 нашивок Карлссон. Серафим, брат, возразил, что Карлссон это Даня, это его позывной. Даня повторил приказ.
Сейчас ясно стало, почему. Даня погиб в таком месте, где не велись боевые действия. До него долетели осколки кассетных снарядов. Там не было боев, это было самое безопасное место. Он не должен был по логике погибнуть. Совсем. Бывало такое, что снаряды падали под ноги и не взрывались, это было без конца. Говорили, что Карлссон родился в рубашке. И думаю, что раз Господь призвал его, то это был самый лучший момент в его жизни. И так было угодно Господу. Для Дани так лучше. А чем может утешить себя мать? Она может подумать, что ему лучше так.

В.Саулкин:  В храме Вооруженных Сил есть мозаичная икона "Благословенно воинство Царя Небесного". Икона на все времена. Все воины,  воинство христианское всех времен, изображены на иконе как три полка, которые движутся к Небесному Иерусалиму. И там Матерь Божия и Богомладенец Христос встречают их. Богомладенец раздает Небесные венцы и ангелы несут эти мученические венцы, увенчивая ими воинов. Такие герои, как Даня, нет сомнений, вошли в Небесный полк святых воинов. Молиться можно воинам нашим, которые  ушли на Небо,  защищая Отечество в этой войне с темной силой.
Я  твердо уверен, что с Россией всё будет хорошо, раз у нас есть такие герои. Не может Господь и Божия Матерь не принять молитвы, подвиг и жертву  за други своя наших героев. Эти подвиги не могут остаться без ответа, без милости Божией к стране и народу, который рождает таких героев.

Тамара: Любой подвиг не может пройти просто так. Он же во имя жизни. Сын уходил и сказал, что уходит, чтобы Серафиму, младшему брату, не пришлось воевать. В русском по природе много доброты и смелости, он не может не защитить. А туда мы пришли защищать своих, которые просили о помощи.
Есть люди, которые сомневаются. Я не говорю про тех, кто против войны, о них молчу. Так вот сомневающимся я говорю представить, что вашего близкого или ребенка схватили, закрыли в соседней квартире и убивают.  Что вы будете делать? Вы не станете просто звонить в полицию, звать, вы будете ломать эту дверь, чтобы вытащить его оттуда и попытаетесь расправиться с тем, кто посягнул на ваше чадо. Это естественная реакция любого человека. Так вот, туда мы пришли именно с этим. Это терпеть нельзя было. Люди с 14 года нуждались в помощи. Люди местные сражаются с лета 14 года– разве их нет? Почему они пошли в ополчение? Если бы их никто не бомбил, пошли бы они воевать? Почему люди этого не понимают, неясно. Прискорбно. Но всему свое время. Рано или поздно правда восторжествует. Не созрели некоторые люди, и все же верю, будет это. Но один Господь знает, сколько понадобится времени, сколько нам полезно чтобы это продолжалось. Пока не будем готовы и достойны этой победы, Господь ее и не даст.

В.Саулкин:   Когда прощались с Даней, прикладывались к иконе Даниила Московского, небесного покровителя Дани. На одной из последних фотографий  он так похож на святого князя, изображенного на этой иконе...

Тамара:  Сама удивляюсь. Он на фронт уходил, у него борода не росла совсем. И вдруг выросла. Он зрел, менялся не только внутренне, но и внешне. Когда Даня родился, ему, как и  всем нашим детям, иконочку написал человек-отшельник, который жил во владимирском скиту. И удивительно Даня похож на благоверного князя.

В. Саулкин:  Расскажите, пожалуйста,  про  случай, который произошел с Даней, когда ему было 2 годика.

Тамара:  У нас в Солнечногорской области есть храм. Мы поехали на кладбище, я в суете только заметила потом, что Данечку-то мы забыли. Мы рванули назад, ему всего-то два годика, а то и меньше. А он идет за руку с архимандритом Лавры Василием (Копалиным), старцем, человеком глубокой духовной жизни. И он ведет Даню за ручку, и говорит, что Даня сам знал, куда идти, в храм. А потом прибавил, что «этот ведь из наших». И когда Даня погиб, я видела его тело, он был как монах, на губах его была улыбка, балаклава сложилась как такая скуфеечка.  В этом горе материнском меня эта мысль немножко отогрела. Даня был вообще очень веселый, постоянно шутил, без конца, даже когда было трудно, не давал унывать никому, подбадривал. Мне мой духовник сказал, что я должна быть сильной. Если я раскисну, то и бойцам моим будет тяжело.

В.Саулкин:   Говорят, что настроение матери, которая ждет сына с фронта, ему передается, поэтому унывать нельзя.

Тамара:  Это важно. Меня однажды попросили сказать слово новобранцам. Как их подбодрить? Сказала им, что женщина становится женщиной в полноте своей, когда она рождает ребенка. Судьбы разные бывают, но естество женское заточено на материнство. Мужчина в полноте становится мужчиной тогда, когда он защищает. Это его роль. Сказала, что им теперь представилась возможность проявить себя настоящими мужчинами. Только не надо думать о том, как мы тут, надо только друг о друге думать, выручать, а мы уж как-нибудь разберемся. И у ребяток этих такая надежда загорелась в глазах.

В.Саулкин:  Спасибо, дорогая Тамара Гавриловна! Дорогие братья и сестры, будем же молиться Господу Иисусу Христу, Божией Матери и всем святым каждый день за наших ребят. Желаем всем помощи Божией и утешения от Господа. От человека очень часто  утешения быть не может, а милосердный Господь и всемилостивая Царица Небесная утешают и укрепляют  во всех скорбях и испытаниях. Господь дарует победу.

Руководитель информационно-аналитического центра общественной организации «Московские суворовцы» Виктор Саулкин