Столетние годовщины
“Тактика и дипломатика без светильника истории - ничто” А.В. Суворов
Столетние годовщины
29.12.2018

История России.jpg

Древние римляне официально отмечали столетия, в то время как в Древнем Израиле тожественно отмечались пятидесятилетия. Н.Я.Данилевский писал, что «столетний период... имеет самым очевидным образом существенное значение».

В 2017 году, мы отмечали столетие февральского и октябрьского путчей, «когда была насильно прервана мирная тысячелетняя эволюция Государства Российского». Тогда же мы отмечали, что через одиннадцать дней после октябрьского путча в России было восстановлено Патриаршество, после более чем двухвекового перерыва, в предвосхищение своевременного восстановления и других исторических институций России (приготовление к этом восстановлению началось уже в 1900 году). А через двадцать и один день после этого путча, в России началось почти повсеместное вооруженное сопротивление бандам интернациональных пролетариев и террористов, прибывших в Россию из Германии и из США, для организации этих путчей. Это вооруженное сопротивление продолжалось четыре года, под общим лозунгом «За Великую, Единую и Неделимую Россию!». Оно принудило большевиков снова мобилизовать русских солдат и вызвало колоссальную миллионную русскую политическую эмиграцию.

В прошлом 2018 году мы отмечали столетие убийства интернациональными террористами и злодеями Русского Царя и Царской Семьи, вместе с их верными слугами.

В прошлом году также исполнилось столетие конца Первой мировой войны и начало подготовки послевоенных конференций. Благодаря своевременно организованным вышеназванным переворотам, Россия была лишена морального, геополитического и материального возмещения за свои жертвы в этой войне, главным образом, для спасения своих союзников, затем открыто проявивших свою неблагодарность, за исключением Сербии. Которая, однако, не послушалась совета Русского Царя не соглашаться на вхождение в Югославию до создания Большой Сербии, объемлющей все сербские территории с большинством сербского населения, как это было обещано союзниками в начале войны.

МАКРОПОЛИТИКА В ИСТОРИЧЕСКОЙ ПЕРСПЕКТИВЕ

Несмотря на современную глобальную смуту, не может быть сомнений по отношению к некоторым существенным чертам сегодняшних глобальных процессов, как, например, несомненное ускорение таковых и увеличивающаяся аккумуляции их внутренних противоречий. Также является очевидной историческая исключительность этой, самой по себе, глобализации. После Второй Мировой войны, тогдашний Константинопольский Патриарх Афиногор заявил, что современная «экуменичность» является второй по счету в истории человечества, ибо первая произошла в греко-римскую эпоху.

Однако, тогдашняя средиземноморская «вселенная» не включала в себя весь мир. Америка была ей неизвестна. Кроме того, этот первый вселенский мир имел близких и далеких соседей, образовывавших «иные» миры, и был в связи с ними. Китай и Индия были весьма далекими «мирами», но Персия была прямым соседом, обеспечивавшим известную «биполярность». Наконец, присутствие варваров вне имперских границ было весьма заметным. Ни одно из этих обстоятельств не присутствует в современном глобализованном мире: вне его нет ни других миров ни варваров, ибо все, так или иначе, являются его частями, включая варваров. Очевидно, что в мире еще существуют большие «белые пятна», где нищета и изоляция не позволяют говорить об их полном включении в «глобализацию». Однако, несмотря на это, даже эти территории находятся в подчинении глобальных властей.

Существенная разница между современной глобализацией и любым предыдущим геополитическим положением состоит в фундаментальной нетерпимости по отношению к любой форме действительного культурного и мировоззренческого плюрализма. В древнюю греко-римскую вселенную стекались все «отличительные» культуры древнего мира, под общей крышей Римской империи. Так, Апостол Павел, высокообразованный еврей, обратившийся в христианство, мог заявить: «Я римский гражданин», без ущерба для своего мировоззрения. Даже внешние верования проникали без затруднений во внутреннюю жизнь империи, как, например, персидский культ Митры, достигший большого влияния в Имперской армии.

В середине прошлого века, английский историк Арнольд Тойнби, выдающийся член англо-американского Совета внешних отношений, заблаговременно сформулировал программу культурной гегемонии северо-атлантической глобализации, в самом начале своего монументального труда «Исследование истории», указав, что вся история человечества является историей двух десятков цивилизаций, из каковых в настоящее время продолжают существовать только пять (западноевропейская, восточно-европейская, исламская, индусская и Дальнего Востока), При этом, Тойнби тогда провозгласил: «Запад припер к стенке своих современников и запутал их в сетях своего экономического и политического превосходства, но еще не лишил их своих отличительных культур». Затем, через полвека, Фрэнсис Фукуяма заявил, что все эти отличительные культуры уже потеряли свою историческую действительность, и, посему, «история уже кончилась». Впредь в мире будет существовать только лишь Западная цивилизация. Самуэль Хантингтон тогда ответил Фукуяме, что это еще не так и что еще нужно ожидать «конфликтов между цивилизациями».

Очевидно, что при такой продолжающейся, несмотря ни на что, культурной многополярности, современная глобальная цивилизация нуждается неизбежно в значительных реформах, если она не хочет оказаться в тупике без выхода. Необходимость этих реформ вытекает из её собственных внутренних противоречий, присущих ей с самого момента ее зарождения. Дело в том, что все большие системы рождаются с некоторыми собственными характерными противоречиями. Пока положительные стороны их программ преобладают, их противоречия удерживаются в определенных границах, эти системы развиваются положительно, до тех пор, пока их противоречия не всплывают на поверхность, угрожая их будущему. В данном случае, главное противоречие современной глобальной цивилизации заключается в существенной несовместимости программы монокультурной глобализации с многокультурной действительностью реального мира.

Делались попытки манипулировать этой несовместимостью, с помощью последовательных геополитических махинаций. Так, вначале, атомизированной раздробленности Ассамблеи Объединенных Наций было противопоставлено преобладание пентархии пяти постоянных членов Совета Безопасности. Пентархия была выражением, уже существовавшим на исходе греко-римской вселенной: так называлась система пяти Патриархатов древней христианской Церкви, каждый из которых отражал один реальный культурный полюс тогдашнего мира: Рим, Константинополь, Антиохия, Александрия и Иерусалим. Однако, эта новая современная искусственная пентархия скоро превратилась в реальную двухполярность, прикрытую фикцией «третьего мира». Позже была сделана попытка заменить ее «трехсторонними» схемами.

Однако, все эти комбинации провалились, ибо абсолютно не соответствовали действительности. А эта действительность сегодня принимает форму прогрессирующей реальной двухполярности, сильно эволюционирующей в сторону многополярности, причем один из двух главных полюсов, доселе претендовавший на почти реальную геополитическую и экономическую вселенскость, сегодня теряет свои позиции повсеместно.

В последнее время Россия (чья территория оказалась ущербленной в результате коммунистического эксперимента, но чье имя было восстановлено в искаженном виде, после семидесятилетнего ей навязывания идеологического названия, не связанного ни с её историей, ни с её географией) предложила признать существование многополюсного мира, с добавлением, что таковой должен быть справедливым. Однако, справедливый многополюсный миропорядок невозможен без признания всех его реальных полюсов.

Одним из этих реальных полюсов является сообщество стран и регионов, имеющих византийские историю, традиции и культуру. Речь идет не только о культуре Восточной Европы, но вообще о культуре Восточного Средиземноморья, включая Балканский Полуостров и обширные территории Близкого Востока, культуре потом распространившейся по Сибири и дошедшей до русских берегов Тихого океана. Этот полюс современного глобализованного мира до сих пор был более всего дискриминирован, ибо он является единственным, который доселе лишен всякой региональной организации, аналогичной, например, Арабской Лиге, Мусульманскому Союзу, Организации Американских Государств, Британскому Содружеству, Европейскому Союзу и так далее.

Интересно отметить, что первая инициатива для исправления этого недостатка зародилась в Калабрии, до XI-го века являвшейся Византийской провинцией № 2, со столицей в Реджо-ди-Калабрия. В Калабрии, вплоть до 17 века, служили Литургию Святого Иоанна Златоуста по-гречески. До сегодняшнего дня названия улиц и площадей калабрийского городка Бова Марина указаны по-итальянски и по-гречески. Сегодня в Калабрии снова открыт один греческий православный монастырь (один из четырехсот, существовавших восемь веков тому назад), и в некоторых её местах снова служат Литургию Иоанна Златоуста.

Как нам сообщил калабрийский византинолог профессор Джакомо Олива, несколько лет тому назад из Калабрии было сделано предложение создать Византийский Союз, наряду с аналогичными организациями современного глобального мира. Другой выдающийся калабрийский византинолог, профессор Доменико Минутто, даже изложил свой проект первоначальной программы «Византийского Союза», или «Византийской Лиги».

Общая тенденция экономического развития современного мира не сможет избежать со временем кризиса всей системы, без фундаментальных реформ. Например, существующая взаимосвязь между экономическим ростом и экологическим разрушением нашей планеты не сможет бесконечно продолжаться в настоящей форме. Рост экономически слабых стран необходим по нравственным и гуманитарным причинам. Однако, чрезмерный рост богатых и уже сильно развитых стран является нерациональным. Тем паче, рост с помощью лихорадочного производства быстро выбрасываемых продуктов широкого потребления, за счет истощаемых материальных и энергетических запасов нашей планеты и её экологического и климатического повреждения. Сам по себе количественный (не качественный) подсчет производства быстро списываемых товаров, без учета их амортизации, стал основанием для всех экономических планов и программ, без учета качества человеческой жизни, культурного развития и социальной справедливости.

Бывший директор Международного валютного фонда, Мишель Камдессю, указал: «Растущая пропасть между богатыми и бедными и между самыми цветущими и самыми обездоленными нациями является тягчайшей пыткой нашего времени». А его преемник, Горст Келлер, обвинил богатые промышленные страны в эгоизме. Согласно данным Всемирного Банка, половина населения мира (три из шести миллиардов человек) живут за чертой бедности, то есть на средний доход ниже двух долларов в день. Дабы частично смягчить эти несправедливости, очевидна необходимость своего рода конституционной реформы глобализованного мира, включая всемирные глобальные налоги. Например, налог на чрезмерную эманацию субстанций, повреждающих атмосферу, каковая принадлежит всем народам мира, и налог на чрезмерные расходы по вооружению, на основании превышений определенного процента ВВП каждой страны.

Что касается внутренней политической жизни многих стран, то и в этой области необходимо произвести глубокие реформы, в первую очередь в теоретическом плане. Нельзя дальше игнорировать первоначальные заключения политической науки, как, например, основную классификацию Аристотеля политических режимов, согласно качественному критерию: служат ли эти режимы всему населению или только самим правителям и их партиям. Хосе Ортега-и-Гассет говорит: «Политика - это ясная идея о том, что нужно делать с позиций государства в нации. Ибо настоящая историческая действительность это нация, а не государство... Государство является лишь инструментом для национальной жизни» («Мирабо»). Также нельзя будет больше игнорировать урок Римской Республики, в каковой государственные деятели подготавливались, обучались и продвигались только путём отбора в рамках самого государства, но не в рамках секториальных корпораций.

В подлинной республике народные выборы являются лишь единственным средством для отбора магистратов и их продвижения по лестнице республиканских должностей, а не только декоративными подтверждениями конспиративно подобранных и выдвинутых партийными олигархиями кандидатов. Согласно Цицерону, в республике невозможно сохранить свободу народа без отбора лучших: «Я даю свободу народу, чтобы хорошие имели и осуществляли авторитет». (Законы, 3, 38). Ибо, когда худшим предоставляется возможность узурпировать республиканские должности, а тем паче организоваться в номенклатурные корпорации, это ведет к гибели республики. Кроме того, привычка копировать конституции и политические режимы далеких и чужеродных стран, чтобы насильно подгонять под них собственную социальную действительность, тоже является неразумной. Всё это перечисленное нагромождение иррациональностей и асимметрий заставляет думать, что с нашей цивилизацией происходит что-то неладное, тем более, что до сих пор она горделиво хвасталась своей собственной разумностью. +

(Передовица аргентинского журнала «Perspectives, revista de hisoriosofiay macropolitica», перепечатанная в «Кадетском письме» № 22 от июля 2002 г. Электронное Кадетское письмо № 4, от июля 2003 г. Перевод с испанского).

Кадетское письмо № 109. Буэнос-Айрес, январь 2019 года. XXV год издания.

Бюллетень русских кадет в эмиграции. Основан в 1955 году А. Г. Денисенко, кадетом VII выпуска Крымского кадетского корпуса, в эмиграции. Не издавался с 1961 года. С ноября 1995 г. выходит под новой нумерацией, на правах рукописи. Ссылка на источник обязательна. Издатель и редактор: И. Н. Андрушкевич, кадет XXVI выпуска Первого Русского Кадетского Корпуса, в эмиграции. Электронный адрес: kadetpismo@hotmail.com

Некоторые предыдущие номера КП помещены на блоге: http: //i-n-andruskiewitsch.blogspot.com.ar






Оставить отзыв:
Зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии.